Тайная миссия детского кино

Слышали о детстве человечества? Кажется, об этом рассказывается в курсе общей культурологии. По этой теории, изобразительное искусство развивалось от наскальной живописи кроманьоцев до современного уровня примерно так же, как развивается человек. Это сравнение применимо и к другим областям человеческой деятельности, но в изобразительном искусстве оно ярче всего прослеживается. Потому что и растущий человек, и развивающееся человечество рисуют с тех самых пор, как научатся держать что-либо в руках. И постепенно человечество училось рисовать так же, как учится рисовать ребёнок. Первые рисунки всегда изображали других людей и, наравне с ними, животных. Это были просто фигурки на плоскости, перечисляющие объекты видимого мира. Потом они стали изображаться относительно друг друга — появилось действие, моральная оценка, сюжет. В Египте рисунками передавали информацию, рассказывали истории, изображали дворцы и города. В Средние века художники овладели перспективой — этому ребёнок обучается в подростковом возрасте. Возрождение привнесло в изображение чувства — ребёнок обучается этому вместе с пробуждением собственной сексуальности. Современное искусство вышло за пределы видимого мира, исследуя цвета и формы сами по себе, научилось мыслить абстрактно — человечество повзрослело, как взрослеет и ребёнок, выходя за пределы собственного я во внешний мир.

Мне кажется, эта теория справедлива и для кинематографу. Развитие протекало от «наскальных» движущихся картинок к современному философскому, драматическому и фантастическому киноискусству. Но развитие это промелькнуло перед глазами за каких-то сто лет, ведь само человечество с его зрелой литературой и зрелым театром изначально было готово к «взрослому» кино. Однако, периода детства избежать не удалось. Он был сразу после Большого Взрыва братьев Люмьер, когда не было ни жанров, ни категорий, ни теории. Прибытие паровоза на экране одинаково впечатляло и детей и взрослых, и между их ощущениями не было никакой разницы. Но в какой-то момент расширяющаяся киновселенная выделила из себя детское кино как отдельный жанр. И произошло это по причине различных запросов ребёнка и взрослого к кинокартине.

Что «работает» с детьми, досконально изучили два вида искусства — изобразительное и литература. В своих пределах они сформулировали главные свойства культурного продукта, ориентированного на детей. Во-первых, это должно быть произведение небольшого размера. Дети не настолько усидчивы, как взрослые, им наскучивает деятельность, длящаяся несколько часов. Поэтому детские фильмы идут всегда не более 90 минут. Во-вторых, дети не оперируют иносказаниями. Они ещё учатся понимать метафоры, аллегории, сатиру и иронию, общаясь с взрослыми, друг с другом, обрастая общим культурным кодом, который необходим для овладения иносказательными формами. Поэтому детское кино всегда говорит прямо и ясно, сюжет и герои однозначны. Даже мораль иногда передаётся не «между строк», а прямым текстом — в виде финальной речи главного героя. В-третьих, главным персонажем должен быть ребёнок. Или, в крайнем случае, животное, которое, в свою очередь, является экранным отображением ребёнка. Взрослый с его страхами и желаниями — а это чаще всего статусные страхи и сексуальные желания — не понятен и неинтересен ребёнку. И, наконец, финал истории должен быть положительным и жизнеутверждающим. Высказываемая авторами мысль о, например, силе дружбы или необходимости совершать добрые поступки должна быть подтверждена сюжетом — правильно поступающий герой в итоге добивается победы. Ребёнок, ещё постигающий взаимосвязи вещей и событий, должен видеть причинно-следственную связь, чтобы подтвердить для себя правильность предлагаемой фильмом модели поведения.

Безусловно, детская литература с её накопленным опытом, методами и уже готовыми сюжетами стала основой для зарождения детского кино. С первых лет этого жанра на экранах начали появляться самые проверенные истории — сказки. Ещё в Российской империи создавались экранизации фольклорных сюжетов и популярных сказок, написанных Пушкиным или Лермонтовым. Французский кинопионер Жорж Мельес тоже обращался к сказкам — происходящие в них волшебные события давали большой простор для его экспериментов со спецэффектами. Американец Уолт Дисней создал свой первый полнометражный мультфильм тоже по сказке — «Белоснежка и семь гномов».

Это были самые ранние, робкие попытки обратиться к детям с экрана, порой трудноотличимые от взрослого кино. Более того, взрослые фильмы дозвуковой эпохи, когда кинематограф оставался, в первую очередь, развлечением, сегодня выглядят «по-детски». Гиперболизированность эмоций актёров, активное музыкальное сопровождение, грубый насыщенный грим, условные декорации — это было кино Древнего Египта, со своими безусловными шедеврами, но ещё очень незрелое. Кинохудожники ещё не могли найти свою «перспективу», были ограничены, упрощали глубокие литературные произведения для экранизаций. Кино считалось низким жанром, лубком, скоморошеством — а это всегда было популярно у детей. Появление звука дало возможность кинематографу произнести взрослые слова, появились новые измерения и глубины. Именно тогда пути детского и взрослого фильма разошлись окончательно.

В Голливуде в те годы сняли свой главный детский фильм — экранизацию книги, изданной в начале века. «Волшебник страны Оз» на долгие годы остался эталоном детского кино. В США, да и в остальном мире с тех пор авторы детских фильмов в полной мере использовали проверенные сюжеты из литературы — в течение двух десятилетий большим успехом у публики пользовались экранизации «Пиноккио», «Острова сокровищ», «Золушки», «Питера Пэна», «Конька-горбунка». Переход от собственно, сказки, к написанной современными писателями детской книге прошёл безболезненно. «Винни-Пух», «Карлсон, который живёт на крыше», «Маугли», «Пеппи-длинный-чулок» далеко ушли от фольклора и сказки в сторону художественной литературы, но обладают всеми признаками произведения, созданного для детей. А вот детских фильмов с оригинальными сценариями было очень мало.

Послевоенные годы принесли много изменений — Европу захлестнули несколько «Новых волн», и они самым прямым образом коснулись и детского кинематографа. Как ни странно, но одни из самых первых фильмов этого нового европейского кино рассказывали о детях. В первую очередь, это касается «400 ударов» Франсуа Трюффо. В дальнейшем европейское и отчасти американское авторское кино использовало сюжет «взрослый и ребёнок» (часто — путешествующие) во многих картинах, особенно дебютных. В частности, эта история встречается в «Похитителях велосипедов» Витторио Да Сика, картине Вима Вендерса «Алиса в городах», «Бумажной луне» Питера Богдановича, датском фильме «Пелле-завоеватель» Билле Аугуста. Андрей Тарковский дебютировал в полном метре с картиной «Иваново детство». Тем временем, массовое кино тоже активно способствовало объединению взрослого и детского кино в единый, семейный фильм, но уже не драму, а комедию или приключения. В частности, в СССР примером такого кино становится «Добро пожаловать или Посторонним вход воспрещён», а в Голливуде Стивеном Спилбергом был создан уникальный сплав жанров, непревзойдённый до сих пор — фильм «Инопланетянин». Это и сказка, поскольку содержит фантастический элемент, и история с точки зрения ребёнка, и комедия, и драма с эмоциональным, но, в общем, счастливым концом. Финансовый успех картины определил в целом новое, семейное направление в коммерческом кинематографе — фильм, в котором и взрослые и дети найдут что-то интересное. Таким образом, родители больше не спят в кинотеатре, пока чадо смотрит историю Золушки, а детям проще уговорить старших сходить в кинотеатр всей семьёй. Конец 1980-х и начало 1990-х годов в США прошли под знаком семейного кино — вышли «Один дома», «Бетховен», «Кудряшка Сью», «Дорогая, я уменьшил детей» и многие другие картины, в равной степени обращающиеся и к детской и к взрослой аудитории. Впервые детские фильмы стали не набором экранизаций известных книг, а оригинальными произведениями. Однако, набор «детских правил» сохранился.

На рубеже веков фильмы снова уступили дорогу анимации — новые, созданные на компьютере мультфильмы, изрядно «повзрослели» в плане сюжета, продолжая ту же успешную линию «и детям весело, и родителям интересно». Причём для детской аудитории сохранялся общий сюжет о спасении принцессы, силе дружбы или чём-то подобном, а взрослых развлекали отдельные шутки или пародийные моменты с отсылками к «взрослому» миру, которые дети чаще всего не считывают.

Однако, тем временем, в стороне от кинематографа происходил медленный, но очень важный процесс — урбанизация и либерализация общества. Отходила в прошлое патриархальная семья, ребёнок раньше начинал принимать самостоятельные решения, раньше начинал распоряжаться собственным временем и деньгами. И одновременно с этим взросление откладывалось на более поздний срок. Соединённые Штаты, пережившие очередной бэби-бум столкнулось с очень интересным явлением — миллионы скучающих подростков с карманными деньгами и неповзрослевших молодых людей с зарплатными чеками. Целые отрасли экономики перепрофилировались, чтобы освоить этот рынок. Этот процесс затронул другие области человеческой деятельости — книгоиздательство, телевидение, музыку, моду, культуру быта. Иными словами, всё, где подросток является потребителем.

Прежде всего, переформатировались кинотеатры — переехали из отдельных однозальных помещений поближе к потребителю, в торговый центр. Студии начали очень внимательно относиться к рейтингам. Но и само кино перепрофилировалось и начало впадать в детство, пытаясь охватить самую привлекательную категорию зрителей. Формат семейного кино, где складывались запросы взрослого и ребёнка, трансформировался в формат, где запросы диктует «средняя» аудитория, подростки — ещё не взрослые, но уже и не совсем дети.

Здесь тоже произошёл кризис сценариев, подобный тому, что был в 1930-40-х годах. Проведя конец 1990-х в попытках создать оригинальные истории, чаще всего комедии типа «Американского пирога» или «Где моя тачка, чувак», студии обратились к экранизациям. В этот раз — и, собственно, детских книг, и традиционно популярных у подростков комиксов.

Сегодня очень сложно отделить взрослое кино от детского и, тем более, подросткового — кинокомиксы привлекательны для несовершеннолетних, но совершенно не соответствуют критериям детского кино. Мультфильмы этим критериям соответствуют, но содержат много взрослых тем и шуток. Однозначно можно выделить из всех фильмов взрослые — это те, которые детям не интересны. Победители кинофестивалей и премий обычно относятся к этой категории.

Что произойдёт дальше с детским фильмом и как это повлияет на кино вообще, сказать сложно, но возможно. Логично было бы предположить, что кризис сценариев кончится, произойдёт перенасыщение комиксами, и фильмы для детей начнут придумывать сценаристы, а не писатели или художники. Истории про супер-героев, скорее всего, уйдут в область интересов взрослых гиков и станут заметно дешевле. Сегодняшняя тенденция «ещё мрачнее, ещё реалистичнее» уже выходит за пределы ожиданий подростковой аудитории от развлекательного фильма.

Очевидно, что произойдёт новое переизобретение семейного кино — оно почти состоялось у «Пиратов Карибского моря», но эта франшиза, как и «Гарри Поттер», сильно взрослела с каждой новой частью. Также вполне вероятно возвращение традиционного приключенческого кино с героями-подростками. И, наконец, мультфильмы переживут период «сердитых мультиков с взрослыми шутками» и вернутся к трогательным историям о дружбе.

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.